SИСТЕМА: стражи неба

Мы продолжаем публикацию серии материалов-бесед с военным историком Петром Каргапольцевым под общим заголовком «SИСТЕМА», посвященных развитию военной техники в СССР и России.

В ноябре 2015 года официальные представители Пентагона на регулярном брифинге для прессы сообщили о прекращении использования американской авиацией турецкой авиабазы Инджерлик. В то же время турецкие ВВС полностью прекратили полеты над территорией Сирии и также использование своей авиабазы. Что же произошло с Инджерликом? Ответ прост — с базой случился русский комплекс ПВО С-400, размещенный на нашей базе в Латакии. Пилоты НАТО, только включая двигатели самолета на этой турецкой базе, тут же получали информацию от системы оповещения — вы захвачены радаром и находитесь под угрозой атаки…

— Общепризнанный факт — современные системы ПВО российского производства, как и их советские предшественники, считаются лучшими в мире. Однако мы совсем недавно говорили о мощи нашей авиации. В таком случае, зачем нам такое ПВО, если у нашей армии есть все аргументы для того, чтобы быть в небе первыми и единственными? Для чего нужно было создавать эти сложные и временами очень дорогостоящие системы обороны? Мы неоднократно говорили о том, что любое развитие любых видов вооружений в СССР и теперь в России имеет свою логику. Случай с противовоздушной обороной (ПВО) не стал исключением. Если рассматривать возможности вероятного противника — блока НАТО — и наш боевой потенциал, то мы видим, что у наших визави всегда было количественное превосходство у ВВС. Например, сейчас авиация США насчитывает порядка 5500 самолетов. У нас в эксплуатации меньше 3500 единиц. Разрыв более чем значительный. Во времена Советского союза разрыв не был принципиально другим. Казалось бы — как можно было допустить такой дисбаланс. И как можно говорить о военном паритете, если численная разница так велика. А теперь вспомним, что к моменту начала холодной войны, к концу сороковых-началу пятидесятых годов, бомбардировочная авиация союзников во Второй мировой войне составляла порядка 40 000 единиц! И не просто бомбардировщиков, а так называемых «летающих крепостей», бомбардировщиков стратегического назначения, которые предназначены не столько для уничтожения армии противника, а, скорей, для полного, тотального разрушения инфраструктуры государства, промышленных районов, стратегически важных объектов, энергетической инфраструктуры. Союзники во Второй мировой во время бомбардировок Германии в конце войны продемонстрировали, что в состоянии вогнать в каменный век, размолоть в пыль большую часть страны. Как мы помним, наша страна всегда старалась использовать принцип ассиметричных ответов. Содержать воздушный флот, способный уничтожить авиацию бывших союзников очень дорого. Более того, проведя анализ действий авиации союзников, был отмечен следующий факт — 80 % всех потерь от средств ПВО, а не от истребителей. И действительно, если отвечать асимметрично, то становится понятно, что не нужно создавать истребительный флот, который может остановить всю эту армаду — это будет очень дорого и не особо эффективно. У противника есть своя истребительная авиация прикрытия. Да и сами бомбардировщики — летающие крепости — становились очень сложной целью для пилота за счет тяжелого бронирования и мощного вооружения. А в ситуации появления ядерного оружия цена ошибки вырастала на порядки — ядерный взрыв на территории страны. Именно эта ситуация стала предпосылкой для создания принципиально новых систем ПВО в СССР. Советская система ПВО — самая мощная в мире. Упор был сделан именно на это. По- чему? Во-первых, это дешевле, чем огромный воздушный флот. Во-вторых, системы ПВО в состоянии нанести неприемлемый ущерб ВВС противника, который делает бессмысленным продолжение дальнейших боевых действий. ПВО трудно обнаружить и уничтожить, тем более когда это связанные в единую систему комплексы. Разрушить такую систему обычными вооружениями, не понеся критических потерь, практически невозможно. Развитие средств ПВО начинались со спаренных пулеметов «Максим», продолжились крупнокалиберными пулеметами и эволюционировали во время Второй мировой войны в зенитные орудия среднего (23 – 30 мм) и крупного (до 80 мм) калибра. Однако с развитием реактивной авиации, увеличением потолка высот, скорости и других тактико-технических характеристик авиации существующие на тот момент средства ПВО не были эффективными. Отдельным недостатком стало отсутствие автоматизации оружия и прямой связи с системами радиолокационного обнаружения противника. Да и простой человеческой реакции поймать в прицел сверхзвуковой самолет уже не хватает. ПВО нуждалась не только в автоматизации, но и в новых способах и принципах поражения цели. Новым оружием за господство в небе стала ракета. Так что все современные системы ПВО, в некотором смысле, наследники ракетнокосмической программы СССР. Благо, с этим у нашей страны никогда не было проблем — мы первые вышли в космос, первые отправили человека за пределы Земли, и в целом ракетотехника — этакий наш научно-технический конек. Принцип оснащения средств ПВО ракетами стал ключевым. Естественно, с одновременной разработкой радаров, системами автоматичес­ кого наведения, захвата и ведения цели и т.п. Первой массовой советской ракетной системой ПВО стал «С-25» («Беркут»), но действительно эффективной и принципиально изменившей картину военного мира стала система «С-75» («Двина»). Установился своеобразный паритет в небе. появился очень удачный самолет «У-2», который летал в диапазонах высот, недоступных для нашей истребительной авиации — больше 21 километра. Несколько лет это был несбиваемый самолет. И американцы им пользовались над территорией СССР до мая 1960 года. Активное использование «У-2» стало толчком для развития эффективных средств советских ПВО. И именно тогда в строй вошли новые комплексы «С-75».

У Советского союза возникла проблема в 50 – 60-ых годах — безнаказанные разведполеты самолетов США над нашей территорией. Тогда еще спутниковая шпионская деятельность была еще в зародыше, и основой разведки была аэрофотосъемка. У американцев 2 мая 1960 года американский разведывательный самолет «У-2» начал свой полет с авиабазы в Пакистане. Его маршрут лежал через Среднюю Азию, Казахстан к Уралу, где отсняв объекты в Свердловской области, самолет должен был уйти в район Кольского полуострова и приземлиться в Норвегии. Однако в районе Верхнекамья самолет был сбит, а летчик Ф. Пауэрс попал в плен. Эта история широко известна и совсем недавно экранизирована Голливудом в оскароносном фильме «Шпионский мост» с участием Тома Хенкса. Вот только чего в этом фильме не было сказано — так это того, что больше разведывательные полеты над территорией СССР при помощи высотных самолетовразведчиков не проводились. А «С-75» успешно сбивали высотные цели во время китайскотайваньского кризиса и широко применялись в войне во Вьетнаме. По данным Министерства обороны СССР, 60 дивизионов комплекса «С-75» сбили над Северным Вьетнамом около 2 тысяч самолетов, в том числе более 60 стратегических бомбардировщиков «Б-52». Комплекс успешно использовался во время череды арабо-израильских войн и окончательно устарел уже к началу девяностых годов. В качестве оружия борьбы с массовыми налетами вражеской авиации существовали модификации ракеты с ядерным оружием — для поражения групповых целей. Не стоит забывать про довольно известные планы уничтожения СССР, которые были сформулированы бывшими союзниками уже в конце сороковых годов (операция «Дропшот»). 22 декабря 2015 года Управление национальных архивов и документации США опубликовало составленный в 1956 году список целей, по которым Вашингтон бы нанес ядерные удары в случае войны с СССР. Список содержит цели массированного ядерного удара США по СССР, странам Восточного блока и Китаю, который планировался на 1959 год. Данный документ представляет собой таблицу, которую разработало Стратегическое авиационное командование США. В таблице перечислены сотни целей, называемых «намеченными эпицентрами» (DGZ). Среди них 179 целей в Москве, 145 в Ленинграде и 91 в Восточном Берлине, Пекине, Варшаве. Объем документа — 800 листов. Цели в списке имеют кодовые номера, которые, в свою очередь, соответствуют конкретным местам. Точные адреса и названия локаций все еще находятся в засекреченной «Энциклопедии бомбардировок». Наиболее шокирующим в этом списке выглядит пункт № 275 — «население». То есть одной из целей ядерной бомбардировки являлось физическое уничтожение населения. А в целом, после нанесения массового ядерного удара по СССР, должны были быть уничтожены все крупные промышленные центры страны (более 60 крупных городов), а «приемлемые» потери населения составляли до 2/3 всех жителей государства. Именно поэтому развитие систем ПВО стало насущным требованием, одним из залогов обеспечения безопасности страны. В скором времени у войск ПВО появилась другая, не менее важная задача — защищаться не только от авиации, но и от баллистических ракет, несущих ядерное оружие. В качестве ответа на вооружение поступает наша первая дальнобойная система ПВО — комплекс «С-200». Дальность действия комплекса от 170 до 300 км. Из специфических целей для системы «С-200» (недосягаемых для прочих ЗРК) были скоростные и высотные разведчики «SR-71», а также самолеты дальнего радиолокационного дозора и постановщики активных помех, действующие с большого удаления, но в пределах радиолокационной видимости. Неоспоримым достоинством комплекса было применение самонаведения ракет — даже не реализуя полностью свои возможности по дальности, «С-200» дополняла комплексы «С-75» и «С-125» с радиокомандным наведением. Особенно явно преимущества «С-200» над указанными системами могли проявиться при обстреле постановщиков активных помех, служивших почти идеальной целью для самонаводящихся ракет «С-200». По этой причине долгие годы самолеты-разведчики США и стран НАТО, в том числе «SR-71», были вынуждены совершать разведывательные полеты только вдоль границ СССР и стран Варшавского договора. В середине пятидесятых, с введением в строй системы «С-25», в стране начали появляться зачатки глобальной системы ПВО — в стране разрабатывались системы управления поля боя, аналоговые вычислители, системы связи разной дальности и многое другое. К середине шестидесятых она начала формироваться в более привычном, современном виде. Для прикрытия стратегических объектов использовались комплексы средней дальности «С-75», «С-125». Тяжелая, дальнобойная система «С-200» — для поражения баллистических ракет и стратегических бомбардировщиков, несущих ядерное оружие. Плюс свое дальнейшее развитие получили ствольные системы — они неожиданно обрели вторую жизнь. Во-первых, эти средства стали более мобильными, во-вторых, они стали оснащаться как радарным оборудованием для автоматической обработки цели, так и системами автоматического управления огня. Эти системы работали в малых диапазонах высот, скоростей и видов цели. Самым ярким представителем этого вида ПВО стал комплекс «Шилка». Сведение всех единых комплексов ПВО в единую систему решало стратегическую задачу — закрыть небо над страной, тогда как существующие комплексы решали и тактическую задачу — прикрытие наземных сил от авиаударов на поле боя. Кроме того, не стоит сбрасывать со счетов наличие в войсках ПВО и собственной истребительной авиации С развитием прогресса появляются все более эффективные системы ПВО. В 1967 году в строй вступает зенитно-ракетный комплекс (ЗРК) «Куб». «Куб» разрабатывался как средство ПВО для прикрытия танковых и мотострелковых дивизий Советской Армии. В состав дивизии входил зенитный ракетный полк, вооруженный пятью ЗРК «Куб». Технические характеристики комплекса «Куб» обеспечивали обнаружение воздушных целей на дальностях до 65 км и их обстрел на дистанциях от 4,5 до 23,5 км и в диапазоне высот до 14 000 м. Основными целями для ЗРК «Куб» являлись самолеты и крылатые ракеты со скоростями до 600 м/с (на встречных курсах). При разработке комплекса «Куб» закладывались авиационные принципы — максимальная отдача при минимальном размере. В своем классе фронтового ПВО комплекс получился одним из наиболее компактных. И стал предтечей следующего поколения ЗРК — комплексов «Бук». «Куб» показал себя как крайне эффективная система ПВО в арабо-израильских конфликтах, локальных войнах в Африке (причем в экспортной, «облегченной» модификации), по одной из версий, именно из «Куба» был сбит самолет-стелс «F-117А» во время войны в Югославии. Надо отметить, что даже в ранних модификациях коэффициент попаданий одной(!) ракеты составлял минимум 80 %, тогда как в более поздних версиях — 90 – 95 %. Стоит привести для примера и другой комплекс ПВО, который качественно характеризует направление развития противовоздушной обороны. Это «Оса».

С появлением в войсках «Куба» и «Осы», в комплексах ПВО стал главенствующим принцип ведения и обстрела одновременно нескольких целей, а также принцип умных ракет — нажал кнопку и забыл — чтобы не делала цель, ракета догонит и поразит. Именно поэтому такие высокие характеристики по попаданиям у этих комплексов — больше 70 %. Этот принцип — нажал кнопку и забыл — ознаменует появление третьего поколения ПВО. И следом появляется легендарный в своем роде комплекс «Бук». Он до сих пор считается лучшей ЗРК в своем классе. Во-первых, нужно оценить модернизационный задел, который был заложен изначально — первые «Буки» появились в войсках в 1978 году, и их модификации до сих пор используются в войсках множества стран ми-ра. Этот комплекс уже умел бороться как с авиацией противника, так и с вертолетами, крылатыми ракетами и, уже после первой модернизации — с баллистическими ракетами. При этом эффективная дальность действия комплекса в рамках 25 – 30 километров на высотах до 25 километров. Количество одновременно обстреливаемых целей росло с модернизацией с 18 до 24. Вероятность поражения истребителя 90 – 95 %, крылатой ракеты — 70 – 80 %. Комплекс может быть развернут за 5 минут, темп стрельбы составляет 4 секунды, а время реакции — 10 с. Этот ЗРК — ПВО среднего звена. И он умеет работать как с собственной радарной станцией, так и интегрироваться в единый командный центр, как, собственно, все ПВО третьего поколения. В единой картине боя ЗРК «Бук» может получать, в том числе, информацию о целях от наших самолетов — радиоэлектронной разведки и действующих истребителей ПВО, работать по команде из удаленного командного центра. Такая фронтовая система, состоящая из радаров разных видов и дальности действия, оптических датчиков и т.д., позволяет успешно бороться с авиацией противника, в том числе применяющего самолеты по технологии «стелс». Семидесятые-восьмидесятые годы — на арену выходят многофункциональные боевые вертолеты и становятся серьезной угрозой для наземных войск. Поэтому параллельно с «Буком» появляется чисто фронтовой ЗРК ближнего радиуса действия, заточенного под борьбу с вертолетами — комплекс «Тунгуска». До сих пор это непревзойденный комплекс, и его прелесть в том, что «Тунгуска» сочетает как артавтоматы, так и зенитные ракеты, которые автоматически работают при помощи не только радара, но и при помощи оптических и инфракрасных датчиков.

— А в чем преимущество оптических и инфракрасных датчиков?
— Они позволяют так же эффективно работать в ситуации, когда нужно выключить радар, в си- туации активной радио-электронной борьбы. Комплекс не может быть обнаружен специальными средствами борьбы с ПВО, и можно попрежнему вести борьбу с авиацией противника, нанося ей ощутимый урон. «Тунгуска» появилась в тот момент, когда стала очевидна недостаточная эффективность комплекса «Шилка» в качестве ПВО ближнего радиуса действия. Малая дальность огня и недостаточная мощность его 23-мм снарядов резко снижала эффективность установки против новых, высокоскоростных воздушных целей, самолетов-штурмовиков, защищенных броней, и вертолетов, оборудованных противотанковыми управляемыми ракетами, способными поражать наземные цели с расстояния нескольких километров. Помимо того, радиолокатор, которым была оборудована «Шилка», не позволял ей самостоятельно вести поиск воздушных целей нового вида. Первоначально, в 1970 году, было выдано задание на проектировку нового пушечного зенитного комплекса. Но затем, по итогам проведенной в 1973 году НИР «Запруда», в рамках которой исследовались вопросы защиты войск от ударных вертолетов, стало очевидным, что перспективная ЗСУ должна быть оборудована и зенитными ракетами, чтобы улучшить ее возможности по борьбе с вертолетами. К концу 1970-х годов разработка была завершена. По результатам проведенных в 1980–1981 годах испытаний комплекс был доработан и 8 сентября 1982 года принят на вооружение в Вооруженных силах СССР. Первоначально он имел 4 ракеты, затем 8. Основными узлами комплекса на самоходном гусеничном шасси стали два 30-мм зенитных автомата, 8 пусковых установок с боекомплектом из 8 зенитных управляемых ракет и радиолокационная система, состоящая из РЛС обнаружения цели, РЛС сопровождения цели и наземного радиозапросчика. Темп стрельбы артавтоматов становится фантастическим — 4000 – 5000 выстрелов в минуту. А зенитные ракеты с гарантией 95 – 97% поражали любые цели на высоте до 4 километров на расстоянии более 8 километров. Кроме того, после войны в Персидском заливе, где была применена тактика уничтожения средств ПВО крылатыми ракетами, «Тунгуска» подверглась модернизации, которая позволяет ей в автоматическом режиме бороться с низколетящими дозвуковыми целями — минимальная высота цели — всего 3 метра!

— Какое развитие получили системы ПВО дальнего действия?
В 1979 году на боевое дежурство встал комплекс «С-300». Он был предназначен для обороны крупных промышленных и административных объектов, военных баз и пунктов управления от ударов средств воздушно-космического нападения противника. Способен поражать баллистические и аэродинамические цели. Эта система стала первой многоканальной зенитной ракетной системой, способной сопровождать каждым комплексом (ЗРК) до 6 целей и наводить по ним до 12 ракет. Впервые была создана система с полной автоматизацией боевой работы. Все задачи — обнаружения, сопровождения, целераспределения, целеуказания, отработки целеуказания, захвата цели, ее сопровождения, захвата, сопровождения и наведения ракет, оценки результатов стрельбы — система способна решать автоматически, с помощью цифровых вычислительных средств. Функции оператора заключаются в контроле над работой средств и осуществлении пуска ракет. В сложной обстановке возможно ручное вмешательство в ход боевой работы. Ни одна из предыдущих систем этими качествами не обладала. Вертикальный старт ракет обеспечивал обстрел целей, летящих с любого направления без разворота пусковой установки в направлении стрельбы. Современные модификации одним комплектом могут поражать до 36 аэродинамических или баллистических целей, наводя на них до 72 ракет или (отдельные модификации) в различных сочетаниях, в том числе без сторонней помощи. Говорить о разнообразии семейства «С-300» можно очень долго — они могут серьезно отличаться друг от друга, есть морские версии, системы защиты стратегических объектов и системы фронтовой защиты на поле боя от авиации, крылатых и баллистических ракет. Но мы, собственно, подходим к ключевому значению современной системы ПВО. Это многоуровневая, эшелонированная оборона, состоящая из разных ЗРК с разными параметрами действия, ориентированные на разные цели и прикрывающая друг друга. Опыт войны в Персидском заливе, война в Югославии, где войска НАТО продемонстрировали тактику уничтожения средств ПВО крылатыми ракетами (их было выпущено более 700!) и специальными ракетами РЭБ был учтен, и система скорректирована с учетом новых технологических вызовов. На дальних подступах встречает врага «длинная рука» — тяжелые комплексы ПВО, которые в состоянии уничтожить цели еще до момента их вхождения в зону пуска своих ракет борьбы с ПВО. У нас есть ЗРК средней дальности, кото- рые успешно перехватывают как авиацию, так и ракеты (крылатые и баллистические). У нас есть комплексы, которые успешно противостоят вертолетам, БПЛА и малым целям. Здесь стоит рассказать про очень «злой» комплекс «Тор» — всепогодный тактический зенитный ракетный комплекс, предназначенный для решения задач противовоздушной и противоракетной обороны на уровне дивизионного звена. Система «Тор» предназначена для прикрытия важных административных, экономических и военных объектов, первых эшелонов сухопутных соединений от ударов противорадиолокационных и крылатых ракет, дистанционно пилотируемых летательных аппаратов, планирующих авиабомб (!!!), самолетов и вертолетов, в том числе и выполненных по технологии «стелс». Вдумайтесь — сбивать бомбы в воздухе! Может работать как в ручном, с участием операторов, так и полностью в автоматическом режиме. При этом система «Тор» сама контролирует обозначенное воздушное пространство и самостоятельно сбивает все воздушные цели, не опознанные системой «свой-чужой». Обеспечивает защиту от целей, перемещающихся на скоростях до 700 м/с, на удаленности от 0,5 до 12 км и на высотах от 10 м до 6 км. Перевод из походного в боевое положение занимает до 3 минут. Время реакции комплекса — 8 – 12 секунд. На ближних рубежах есть системы ПВО, которые успешно справляются с самыми разнообразными целями, включая уничтожение крылатых ракет.
Кстати, здесь стоит упомянуть про еще одну разработку российского ВПК, которая появилась в конце девяностых годов. После югославской войны часть российских СМИ с нескрываемой иронией и радостью говорила о том, что мы безнадежно отстали, что рои «Томагавков» доказали свою эффективность и крыть отечественному ВПК нечем. Где-то через год мельком пролетело небольшое сообщение, что в российском ВПК разработано новое ПВО «Панцирь». Тогда никто на это не обратил внимание. А, по сути, это было объявление о рождении убийцы крылатых ракет. В «Панцире» мы видим эталон боевой эффективности и классический пример ассиметричного ответа. Во-первых, «Панцирь» очень недорогой. Вовторых, один такой ЗРК может сбить несколько десятков «Томагавков», прежде чем до него доберутся сквозь купол других комплексов ПВО. А самое главное — у него очень дешевые снаряды, так как в его основе — артавтомат калибра 30 мм и прекрасные зенитные ракеты, которые способны сбивать крылатые ракеты, БПЛА и прочие мелкие цели. Итак, система ПВО скомпонована. Части системы прикрывают друг друга, решая самую главную боевую задачу — прикрытие войск и стратегических объектов. Добавляем сюда авиацию ПВО, и небо закрыто. И очень важный аспект, на котором нужно заострить внимание — каждый компонент — от двигающейся на марше «Тунгуски» до системы защиты от баллистических ракет — в состоянии работать друг с другом не только через единые командные центры, но и самостоятельно, выполняя боевую задачу вне зависимости от сложившихся обстоятельств. И это главный результат эволюции систем ПВО в нашей стране.

А теперь возвращаемся к вопросу — зачем нам такие сложные системы ПВО? Дело в том, что именно система ПВО является доказательством мирной стратегии нашей страны, ведь ее ключевая задача — защитить границы и собственную инфраструктуру. Это у США задача глобального доминирования. Тогда как у России — охрана своих границ и зон национальных интересов. Мы начали разговор с развертывания комплекса «С-400» в Сирии. Нет никаких сомнений, что этот комплекс — не просто уникальный, он на 15 – 20 лет опережает все существующие аналоги. Все сказанное не значит, что нужно недооценивать роль ВВС вероятного противника, все это означает то, что глобальный военный паритет соблюдается. Да, ВВС грозная сила. Но не менее грозная сила — это наша система ПВО. При этом экономически наша защита гораздо выгодней и дешевле. И система противовоздушной обороны — реальный щит для всей нашей страны.

Теги:

Добавить комментарий